A. Weizenbergi 39, 15050 Tallinn
info[at]kogu.ee
+372 640 8717

Лийзи Удер, руководитель программы Пенсия 2050 (Ассамблея Сотрудничества Эстонии)

У нас нет иной возможности, кроме как создать общество, в котором мы можем и хотим дольше работать.

Согласно недавно опубликованному исследованию SEB, большинство жителей Эстонии по-прежнему надеется, что их доход на пенсии будет равняться 90% их последней зарплаты, при том, что государственная пенсия будет составлять 50% всего размера пенсии. Пришло время очнуться и понять, что этого не случится никогда.

Мы должны сильно постараться, чтобы в будущем обеспечить пенсионерам уже хотя бы тот уровень дохода, который есть сейчас. Наша пенсионная касса уже сегодня находится в минусе.

Если бы мы могли выплачивать пенсию только из денег, собираемых в качестве социального налога, средняя пенсия по старости равнялась бы примерно 270 евро. Она сегодня выше, поскольку мы решили покрывать минус пенсионной кассы из других государственных поступлений.

С возрастом снижаются когнитивные способности человека, но этот процесс ускоряется, если мы отказываемся от активной жизни. Работать дольше – полезно.

Решение обеспечивать нынешних пенсионеров – правильное и хорошее, но изменение соотношения работающих людей и пенсионеров (сегодня на одного пенсионера у нас 4 работника, к 2040 г. – всего два) затрачивает все большую часть поступлений социального налога, и на иное развитие государства средств остается все меньше.

Кто хочет оказаться в ситуации, когда государство необходимо нам только для того, чтобы выплачивать пенсии?

Рассуждения представителей Министерства социальных дел могут создать впечатление, что хоть пенсиями и необходимо заниматься, на данный момент это не является актуальной темой, ведь существует договоренность об увеличении пенсионного возраста до 2025 года. Что, якобы, кризиса нет.

Надеюсь, что данная тема не станет очередным «Обеспечением жизнеспособности страхования лечения», когда для решения проблемы, озвученной шесть лет назад, не сделано ни одного шага… ведь торопиться некуда. Но «боль» не пройдет и принципиальные решения необходимо принять. Как в вопросе страхования лечения, так и по вопросу пенсионной системы.

Ассамблея Сотрудничества Эстонии поставила перед собой цель создать концепцию пенсионной системы 2050 года, и мы занимаемся этим с начала этого года.

Pension2050_RUS

В других странах такие же проблемы

О пенсионном страховании и будущем у нас говорят преимущественно с двух сторон: какое влияние это оказывает на расходы государства и как будут гарантированы пенсионные поступления – доход тех, кто их получает. Жизнеспособность пенсионной системы же не ограничивается только тем, можем ли мы содержать систему на государственном уровне, или какую систему мы в принципе можем себе позволить. Внимание необходимо обратить и на другие аспекты, о которых говорит ОЭСР.

В конце прошлого года ОЭСР выпустил сборник под названием „Pensions at a Glance 2015”. Среди основных вызовов для развивающихся стран присутствуют следующие: 1) готовы ли и как долго жители работать, 2) вероятность потерять существовавшую до этого возможность раннего выхода на пенсию, 3) внедрение принципов непрерывного образования и работы, 4) улучшение рабочей среды во имя снижения рисков слишком рано покинуть рынок труда.

Иными словами, это означает поиск ответа на вопрос о том, как изменить общество таким образом, чтобы мы могли и хотели бы как можно дольше работать.

Демограф Эне-Маргит Тийт писала, что проще всего вычислить, сколько людей работоспособного возраста приходится на каждого пенсионера, но ведь последних поддерживают не физически люди, а заработанные ими деньги. Поэтому разумно было бы говорить о полноценном применении существующих рабочих рук и о более результативной, с наибольшей добавочной стоимостью, работе всех жителей Эстонии.

 

Чтобы работодатели ценили и пожилых

Из отчета ОЭСР следует также, что поскольку сегодня карьера более не ограничивается одним местом работы или даже одной профессией, то и пауз в карьере может возникать больше, чем раньше.

В контексте Эстонии это означает потерю работы так называемыми «синими воротничками», поскольку машины и/или услуги совместного пользования эффективнее. Когда эти люди потеряют работу, на пенсионной системе это скажется по двум причинам. Во-первых, эти люди будут нуждаться в поддержке государства, а значит, в расходах на них. Во-вторых, если эти люди не вернутся на рынок труда, то они не соберут необходимый пенсионный капитал.

«Стратегия непрерывного обучения Эстонии 2020» говорит, что учеба должна стать неотъемлемой частью активного отношения к жизни в том числе и среди пожилых людей. Исследования показали, что в непрерывном образовании участвуют более молодые люди, но, начиная с определенного возраста, участие снижается. Одной из причин является низкая заинтересованность работодателей участвовать в жизни пожилых работников. Если бы люди работали дольше, у работодателей не было бы причин оставлять их без возможности дополнительного обучения.

Недавно был издан сборник статей «Взгляд на серую зону», анализирующих жизнь пожилых людей в Эстонии. Выясняется, что способность к обучению в пожилом возрасте не снижается, поэтому нет причин отказывать людям в образовании по причине возраста. Безусловно, процесс образования имеет свои отличия, но ведь и детей и взрослых надо обучать по-разному. Помимо этого, постоянное развитие повышает качество жизни людей.

Поэтому в будущем мы должны больше учиться и работать. К счастью, у Эстонии есть некоторые преимущества. В Эстонии высока занятость среди людей в возрасте 55-64 лет: примерно 62% работает. Средний показатель ОЭСР не превышает 60%. Но есть и такие страны, где работает ¾ всех пожилых людей (Норвегия, Исландия). Безусловно, такая занятость в Эстонии связана с маленькими пенсиями, но исследования показали, что люди были бы готовы работать в любом случае. Какими бы сейчас не были причины, это тот фундамент, на котором мы должны строить свое будущее. Если здоровье позволяет, люди хотят работать.

 

40 – это новые 30

Люди также готовы увеличить личную ответственность в подготовке к выходу на пенсию, но конкретных действий предпринимается мало. Неформальной накопительной пенсионной ступенью называют недвижимость или дальнейшее трудоустройство, но при этом единственной недвижимостью является собственная жилплощадь, и, несмотря на высокую занятость людей пенсионного возраста, многие все же покидают рынок труда преждевременно. Не секрет, что, хотя наш официальный пенсионный возраст смело превышает 60 лет, на пенсию выходят по-прежнему в среднем до наступления 60 лет.

В английском языке есть выражение: «40 – это новые 30!». Ученые Уоррен Сандерсон и Сергей Щербов предложили в статье „Rethinking Age and Aging” от 2008 года измерять не количество прожитых лет, а количество статистически оставшихся лет жизни. Это означает, что тем, кому сейчас 40, предстоит прожить еще столько же, сколько 30-летним пятьдесят лет назад.

Линия жизни и работы людей изменилась: те, кому сейчас 60, очень ценны на рынке труда благодаря своим знаниям и жизненному опыту. Не будем забывать, что уже к 2020 году работоспособного населения у нас станет на 50 000 меньше. Проще всего было бы разумно компенсировать нехватку рабочих рук увеличением занятости среди пожилых людей. «Как это сделать?» является одним из вопросов к обсуждению в обществе.

Сегодня биологический или хронологический возраст не описывает более старость так, как ранее, и неверно говорить о людях, старше 65 лет, как о единой и гомогенной группе. Намного важнее когнитивные способности людей и их способность понимать, учиться и помнить. Согласна статьям из уже упомянутого сборника «Взгляд на серую зону» когнитивные способности наших пожилых людей находятся, по сравнению с другими, на среднем уровне. С возрастом когнитивные способности снижаются, но этому способствуют отказ от активной жизни, например, от работы. Поэтому постоянное обучение и работа могут быть полезны по-разному.

 

Пенсионная система 2050 года

Ассамблея Сотрудничества Эстонии начала формировать концепцию пенсионной системы 2050 года. Одной из предпосылок к этому является общественное обсуждение на тему того, какая система будет готова больше всего через 40-50 лет.

Такого обсуждения в Эстонии ранее не было, и хотелось бы надеяться, что выражение «молодые не умеют, старые не могут» в этот раз не будет описывать происходящее, а что, наоборот, мы используем мудрость тех, кто старше, и энергию молодых, чтобы создать подходящую для 21 века пенсионную систему. Как сказал руководитель Союза работодателей Эстонии Тоомас Тамсар на прошедшей в марте конференции «Полет воздушного змея 2016»: «более высокий возраст активной занятости в интересах всех нас».

 


Читай статью на портале Delfi.

Veeb: MKoort